Неділя, 11 Березня, 2012   |   Школа Афіни

Школа 2.0: упорядоченный хаос

Алексей ГРЕКОВ
Опубликовано на информационно-аналитическом портале
Контракты.UA
13.03.2012

Зажатая в тиски учебных планов, циркуляров и проверок, украинская школа не успевает реагировать на новые запросы детей и родителей. Ее стремительная деградация — закономерный результат избыточной централизации и бюрократизации системы образования, неизбежное следствие недоверия государства к своим собственным гражданам. Выход один — автономность и саморегуляция обучающих структур снизу доверху, начиная с пары «Ученик — Учитель».

Мы уже с Вами прошли полпути, уважаемый читатель. Мы установили, что дети теперь настолько разные, что одна унифицированная школа для них не только бесполезна, но и просто вредна. Мы ввели метафору Школы, как моста из прошлого в будущее, переброшенного над стремительным потоком настоящего, и положили в основание нашей конструкции принцип индивидуализации. Мы утвердили четыре опоры моста, которые обозначили как «автономность», «продуктивность», «коллективизм» и «виртуальность». Теперь настало время перебрасывать арки.

Но сколько арок нам нужно? Насколько длинный пролет моста? Одно ли под нами полноводное настоящее или множество мелких, локальных, индивидуальных ручейков-настоящих?

Это вопросы, на которые мы обязательно должны ответить, иначе все наши построения потеряют какой-либо практический смысл. Поэтому стоит на время отвлечься от «конструкторской» метафоры и рассмотреть школу с другой — управленческой точки зрения.

«Черный ящик» школьного образования

Если воспользоваться излюбленной моделью управленцев-кибернетиков, система школьного образования представляет из себя «черный ящик», в который попадает живой и любознательный ребенок шести лет от роду, — и из которого через 11 лет выходит безвольный и ограниченный индивид с завышенными амбициями и заниженной самооценкой.

Время от времени общественность ужасается произошедшей метаморфозе, и тогда система начинает нехотя подкручивать параметры на входе — и снова ждет 11 лет, чтобы убедиться, что крутить надо было в другую сторону.

Удивительно, верно? Какой бизнес выжил бы, обновляясь столь неторопливо? Да что там бизнес — кто из нас за эти годы не поменял по нескольку раз свои жизненные цели и приоритеты?

Технологии, экономика, политика — все подвержено переменам, но дети меняются еще быстрее. Мы наблюдаем: каждые 3 года в нашу школу приходит новое поколение детей, которые немного по-другому видят мир, по-другому обрабатывают информацию и оценивают происходящее. То, что работало со старшим братом, — не работает с младшей сестрой, — а мы только-только решили, что создали, наконец, «школу нашей мечты»! И вот — все надо менять, ломать и придумывать заново.

Если мы не спроектируем школу, которая способна перенастраивать себя быстрее, чем меняются поколения детей, все наши попытки реформировать образование будут заранее обречены на провал.

Лего-школа

Первое, что приходит в голову, — «черный ящик» должен уступить место маленьким прозрачным коробочкам, — иными словами, школу следует разукрупнить, разбить на отдельные автономные модули.

Длительность одного модуля или ступени (будем употреблять этот термин) не должна превышать трех лет (конечно, если мы соглашаемся с предыдущими выкладками). В то же время, один год — слишком малый срок, чтобы можно было определить, насколько эффективной была совместная работа учеников и учителей. А следовательно — 2-3 года на ступень, итого — пять ступеней на 10-12 лет обучения в среднем.

Почему «в среднем»? — Потому, что каждый ученик может затратить разное — большее или меньшее — время на прохождение одной ступени, и только от его желания, способностей и приложенных усилий будет зависеть, насколько быстро он закончит очередную ступень.

А как мы определим, что ученик уже готов перейти на более высокую ступень? — Он предъявит список целей, выработанный им вместе со своим тьютором два года назад, когда он только начинал учиться на соответствующей ступени, — вместе с подтверждением того, что цели достигнуты, причем с вот таким результатом, — и в доказательство предъявит портфолио выполненных проектов — научных, творческих, социальных, — возможно — с отзывами детей и взрослых, принимавших в них участие. В общем, это должно быть скорее похоже на защиту диплома, чем на школьный экзамен или тест ВНО.

Между вузом и детским садом

— Но позвольте, — воскликнет внимательный читатель, — в том, что вы предлагаете, нет ничего нового! Что касается ступеней — есть начальная школа, основная и старшая. Ну, подумаешь: четыре года, еще четыре и три. Это так важно — три ступени или пять? Ваши переходы со ступени на ступень — те же самые устные экзамены, которые в советское время сдавали ежегодно, начиная с четвертого класса, — и учитель, бывало, гонял нерадивого ученика по всему учебному курсу… Кто не сдал — оставался на второй год. Зато вундеркинды могли через один, а то и через два класса перескочить: вот оно — ваше различное время прохождения школы! И вообще — то, что вы предлагаете, больше похоже на вуз, на критикуемую всеми болонскую систему, а мы рассматриваем школу! Надо, все-таки, учитывать разницу в возрасте, в знаниях, в мотивации, наконец: мы же о детях говорим, которые сами еще не знают, чего хотят, и не понимают, что им понадобится в будущем.

Да, вы правы, мои уважаемые оппоненты. Я был бы слишком наивен, если б надеялся выдумать нечто новое, чего не придумал еще человеческий разум за 5000 предшествующих лет. Нет старых и новых решений, нет плохих и хороших, а есть только подходящие для данной ситуации — и не подходящие.

Так вот, я утверждаю: школа использует негодные формы и методы работы с нынешними детьми в нынешних условиях. Причем к начальной школе претензий меньше (если не принимать во внимание, что от поступающих в первые классы зачастую требуют навыка чтения, письма и счета, но учить их все равно начинают с букваря и азов арифметики). В начальной школе обучение вполне конкретно и наглядно, цельно и продуктивно, и главное — понятна польза научения: ребенок получает знания, которыми может воспользоваться здесь и сейчас. Недаром же в давние времена школы были именно четырехлетними!

Но что произошло потом? В школы начали «спускаться» предметы, которые сперва относились к высшему образованию, — те же физика, биология, химия, — рассчитанные на иной способ преподавания, на студентов, способных работать с абстрактными понятиями, но встраивались эти предметы — механически — в не приспособленную для них систему начальной школы. Говорю, как ученый во втором поколении: бессмысленно изучать химию, нарезанную на кусочки по 45 минут, растянутую на 5 лет по часу в неделю, — без серьезной самостоятельной работы в лаборатории, да и вообще — без фанатичной в нее влюбленности!

Подход, когда усилия ребенка обесцениваются мелочной опекой педагога, когда ответственность за обучение ученика несет учитель, — с трудом, но можно оправдать спецификой начальной школы. В старшей же школе это порождает лишь инфантилизм и отупение ничего не желающих и ни за что не отвечающих учеников. А потому отчасти прав один мой знакомый, утверждающий: школа — это просто прокладка между детским садом и вузом.

Но я не хочу, чтобы он оставался прав.

Автономность снизу доверху

Вернемся к ступеням. То, что мы предлагаем, есть лишь часть более широкого взгляда на систему образования в Украине. Хотим мы того или нет, но нам придется встраиваться в международную образовательную систему и заниматься согласованием стандартов. А потому мы считаем необходимым дополнить Старшую школу обязательной ступенью колледжа, функцию которого в нашей стране выполняют два первых курса вуза.

На второй схеме в скобочках указано приблизительное соответствие ступеней школьным классам. Приблизительное, потому что — если каждый обучается в своем темпе — одновозрастные классы становятся неактуальными, а вместо них формируются ситуативные учебные группы, разного состава и численности для разных учебных активностей. Иными словами, минимальной автономной единицей — атомом школьной организации — становятся ученик плюс его наставник-тьютор, помогающий ребенку точно встраиваться в различные учебные конфигурации.

Для того, чтобы это встраивание происходило максимально успешно, определенную автономность должны получить и ступени, — право организовывать свою работу, опираясь не на универсальный учебный план, а на уникальную комбинацию запросов учеников и родителей, при этом решая и свою конкретную задачу: на первой ступени — обеспечить первичную социализацию детей, на второй — дать им опыт коллективной деятельности в разновозрастных учебных группах, на третьей — поставить ученикам навык работы в различных проектах, на четвертой — помочь им освоить обширный массив научной и общекультурной информации в форме интенсивных базовых курсов, на пятой — поддержать углубленное изучение каждым учеником предметов, входящих в выбранный им индивидуальный профиль.

Прошу понять меня правильно: автономность не означает ни «полной свободы», ни независимости от других образовательных структур, ни даже отказа от иерархий в пользу плоских сетевых структур. Автономность — это лишь возвращение государством ответственности за обучение детей — самим ученикам, их родителям, учителям-наставникам — и нанятым ими образовательным менеджерам.

— Стоп! А нельзя ли без менеджеров? — Можно. Если у вашего ребенка есть тьютор, готовый в любую минуту прийти на помощь, если в городе достаточно музеев, студий, клубов, секций и лабораторий, чтобы ваш ребенок мог все попробовать на вкус, слух и ощупь, если времени на изучение этого у него предостаточно, и ничто не заставляет его к такому-то сроку овладеть таким-то объемом такого-то материала, — то конечно, — зачем вам менеджер? Век живи, век учись.

Но если хотя бы чего-нибудь из перечисленного недостает или, говоря занудно, имеется дефицит ресурсов (пространственных, временных, материальных, «знаниевых», в конце концов), — закономерным образом возникают управление и планирование, а следовательно, — и организация с фигурой менеджера посредине.

Впрочем, вовсе не обязательно, чтобы новая структура копировала старую, иерархическую. Бизнес знает: чем меньше организация, тем гибче она и мобильней. Чем более нацелена она на поиск креативных решений, тем менее в ней мертвечины, бюрократии и пофигизма. И как бы не называлась она — «живая организация» или «организация, которая учится», — она может стать прообразом будущей школы, «Школы 2.0»

Но о том, какой должна быть «школа-которая-учится», мы поговорим в следующей статье.

Постоянный адрес статьи: http://kontrakty.ua/article/45235